В поисках синтеза / Литературные хроники: Вера Павлова и Игорь Иртеньев в «Полюсах», Игорь Вишневецкий в галерее, рижский «Родник» на «Улице ОГИ»

Во поисках синтеза / Литературные хроники: Вера Павлова и Гога Иртеньев на «Полюсах», Игорь Вишневецкий в галерее, рижский «Ресурс» на «Улице ОГИ»

28.02.2009 12:08 Литературные вечера Москвы радуют не слышишь ли многообразием имен. То и дело держи них выступают авторы, совмещающие в себе более или менее творческих ипостасей. Ли, допустим, проводящие презентацию своей книги на формате Gesamtkunstwerk. На нескольких «симфонических» литвечерах побывал очеркист «Часкора» Андрей Мирошкин.

Космогония Электроуглей
Участниками очередного раунда цикла «Полюса» стали Вера Павлова и Игорь Иртеньев. Это был уже 2-й вечер циклушка, прошедший (после закрытия «Пирогов возьми Никольской») в клубе ArteFAQ.

Открывая вечер, ведущий Юрий Цветков выразил верование, что на новой площадке «Полюса» приобретут «дополнительную витальность».

Поэт Наумка Коржавин, живущий на США, касательно эмиграции на советские жизнь вдобавок нынешние. О манускрипт, что ждет в другой раз приехавших по ту сторону океана, что до Москве и Солженицыне, перестройке и реформах Гайдара.
Читать позже

Представить участников выпало Евгению Бунимовичу. Он за исключением. Ant. с обиняков выступил зета заявлением, что, помимо пола, ничего «полюсного» во данных авторах нет: «… они оба не боятся прямого лирического „я“ а также много пишут о беда». Как иронически добавил поэт-избранник народа, «ай полное непонимание их поэтических сущностей заставило организаторов столкнуть данных авторов во „Полюсах“.

Поэты из всех сил постарались своим выступлением опровергнуть изобретательность Бунимовича. Вера Павлова прочитала очень неожиданную для себя вещь — венок сонетов что касается сотворении мира.

Фирменные мотивы ее лирики здесь сопрягались с „высоким штилем“ и элементами космогонической притчи: „Ты составлял упс Дана словари / И начал с неба, скованного тьмою“. Павлова также прочитала племя совсем новых стихов о детстве и несколько разрозненных стихотворений, напечатанных в февральских номерах 2-х „толстых“ журналов.

Игорь Иртеньев в своей привычной эстрадной манере читал гражданские сатиры на туземцев Электроуглей, бананотехнологии вдобавок шокирующую для поэта встречь с народом, который „был озабочен черным налом / и Цицерона не читал“.

Стихотворную фельетонистику (смешную и не очень) Иртеньев разбавил по-настоящему яркой и несиюминутной балладой „Это было на станции Сходня“, написанной, со слов автора, „в духе индийского кино“.

Евразийская симфония
Одна из самых необычных поэтических презентаций последнего времени прошла на днях в галерее Stella Art Foundation. Здесь в жанре „синтеза искусств“ свою новую книгу стихов представлял Георгий Вишневецкий.

Хит-парад литературных журналов „Дружба народов“, „Москва“, «Наш современник» показывает странные изменения в стане патриотически настроенных писателей.
Сознавать дальше

Открывая вечер, куратор клуба Иван Никитин уведомил о выходе в рамках новой художественно-поэтической серии Art-con-Text 4-х книг. Кроме презентуемого сборника Вишневецкого «Стихослов», это книги Алексея Парщикова, Кати Капович и Арсения Ровинского.

Новинки серии изданы с изяществом и вкусом, в качестве визуального сопровождения к стихам здесь применены произведения современных фотографов и художников.

Потом началось поэтическое комедианство. В глубине сцены разместился ансамбль (2 скрипки и виолончель) «ХХ век», исполнявший минималистскую музыку Ольги Вишневецкой (Субботиной) с элементами импровизации.

Чуть впереди и сбоку сидел Игорь Вишневецкий и читал стихотворения из сборника, одинаковый на смену другим. Еще вблизи чтобы зрителям стоял солист Александр Джикия, кой по ходу чтений схематически импровизировал на мотивы услышанных стихов и музыки.

На глазах зрителей (но невидимые поэту и музыкантам) рождались замысловатые — то сюрреальные, будет) иронические — образы мифологических существ. Здесь были человеческие тела — худые, но мускулистые, с гипертрофированными конечностями; рыбы, волчицы, самолеты, крылатые ласты…

Подчас на листах бумаги появлялись цитаты изо прозвучавших стихов. Как бы развивая имя книги, порядочно образы строились на библейской символике. Помиловать-то с участников да и останавливался, придавая перформансу ебический прерывистый биение пульса.

Всё зарядить напоминало некую мультикультурную сюиту альбо, если вспомнить научную специализацию Вишневецкого, «евразийскую симфонию». Нет дыму без огня, кстати, получи и распишись вечере было так много людей из синтетических сфер искусства: авангардные художники, кураторы, поэты-мультиинструменталисты, культуртрегеры.

Припавшие к «Роднику»
Сказывай вот в клубе «Улица ОГИ» современные поэты читали свои стихи 2-й половины 1980-х годов.

Об этом) происходило получи мероприятии, посвященном легендарному рижскому журналу «Родник». Вечер-представление (как и другие вечера цикла «Система координат») был призван, по идее организаторов изо группы «Культурная инициатива», восполнить один из пробелов в литературоведении — ведь яркие события последних парение часто не успевают отложиться ажно на университетских программах.

Фактический редактор русской версии журнала, прозаик и политический публицист Андрюня Левкин рассказал обо истории издания. «Родник» был построен в 1987 году решением ЦК ЛКСМ Латвии с целью отвлечь местную молодежь от вредных увлечений сепаратизмом и национализмом.

Тем не менее в области мере углубления перестройки зеркало души становился всё побольше независимым от властей. Русская же его версия стала местом первой публикации многих (и эстетически безумия различных) авторов русского литературного андеграунда, а также запрещенных доселе эмигрантских писателей.

«Матрица» читала вся продвинутая литературная публика в СССР, раз подписка была всесоюзной и недорогой. Левкин напомнил, что в частности в этом журнале впервые были напечатаны стихи Елены Фанайловой; здесь — впервые на бумаге — вышли стихи Алекса Башлачева.

В 1989-м журнал планировал первым в Российской Федерации опубликовать и поэму Венедикта Ерофеева «Москва — Петушки», тем не менее московский ежемесячник «Трезвость и культура» опередил рижан, вспомнил Левкин.

Век легенды, тем не менее, оказался недолог: на начале 90-х, в связи маюскул известными политическими и экономическими событиями, «Родник» закрылся. Но в историю русской литературы он вошел как неповторимое издание, соединившее дух неподцензурной словесности и многотиражность советского массового журнала.

Про столу, на котором лежали раритетные экземпляры «Родника» конца 80-х, по очереди подходили поэты, чьи первые российские публикации появились именно на данных страницах. Выступили Елена Фанайлова, Владимир Аристов…

Лексей Прокопьев читал близкие переводы изо немецких экспрессионистов. Татьяна Щербина озвучила еще незнакомую читателям поэму-гротеск «Опера», которая посвящена в т. ч. и концу 80-х.

Если записи и без участия 20 лет помнят и любят, значит «Родник» не пересох.